Это история о том, как две маленькие проказницы, Маня и Надя, вместе с их бабушкой Ба, не просто прожили детство они устроили в своей квартире на окраине Еревана настоящий театр жизни, где каждая мелочь становилась приключением, а каждая ссора поводом для новых шуток. Манюня детство Ба было не просто воспоминанием, а целым миром, населённым говорящими котами, вечно голодными соседями и бабушкой, которая могла одним махом и накормить, и отругать, и придумать сказку на ходу. Этот мир был таким ярким, что даже десятилетия спустя от него остаётся ностальгический шлейф как от запаха свежеиспечённого лаваша или криков соседских мальчишек во дворе.
В центре всего этого Маня, девочка с неиссякаемым воображением и языком, который мог и обидеть, и рассмешить за считанные секунды. Она была той самой искрой, от которой вспыхивали безумные затеи: то они с Надей решат, что их соседка тайная шпионка, то придумают целый ритуал, чтобы изгнать злых духов из подвала которые, как выяснилось, были просто бездомными кошками. Манюня детство Ба было словно книга, где каждая глава это новый розыгрыш, новая выдумка, а иногда и настоящая беда, из которой они выходили героями. Ба же была той самой опорой, которая то и дело спасала их от последствий то заштопает порванное платье, то отругает за разбитую банку варенья, то шепнёт на ухо: А может, не будем маме говорить.
Но самое главное в этой истории не только безумные приключения, а то, как Манюня детство Ба научило их видеть красоту в мелочах. Ведь в том самом дворе, где они бегали босиком по раскалённому асфальту, было место для всего: и для слез после сломанной игрушки, и для смеха над собственной глупостью, и для того особенного чувства, когда понимаешь, что ты часть чего-то большого и тёплого. Ба всегда говорила: Жизнь как лаваш: если её не разогреть, она будет пресной. И они с Маней и Надей именно так и жили разогревая каждый день до состояния праздника, пусть даже порой и на грани фола.
Сегодня, когда Манюня детство Ба остаётся лишь в воспоминаниях, становится понятно, что это был не просто этап жизни, а целая вселенная, где время текло иначе медленнее, когда ждёшь, когда мама наконец-то разрешит пойти гулять, и быстрее, когда затеваешь новую авантюру. И пусть прошли годы, но стоит закрыть глаза, и снова слышишь смех во дворе, визг Манюниных шалостей и бабушкин голос: Ну что вы опять натворили, сороки и понимаешь, что этот мир не исчез. Он просто спрятался в уголках памяти, чтобы однажды снова ожить в рассказах, в книгах, в фильмах и в сердцах тех, кто когда-то был частью этого детства.